Как воруют на российских предприятиях
Риск хищений в бизнесе есть всегда. В любой компании найдется некоторый процент людей, которые осмелятся что-то украсть. В России это зачастую усугубляется еще и отсутствием системной работы по предотвращению мошенничества — мало кто комплексно анализирует эти риски и закрывает их конкретными превентивными мерами. В этой статье мы собрали примеры нередких схем мошенничества. Обратите внимание на эти кейсы — возможно, что-то из этого процветает и на вашем предприятии.
Завышение показателей брака. Высокие показатели брака продукции в 99,9% случаев являются прямым индикатором наличия нерешенных технологических проблем и зачастую хищений — важно только понять, каким образом оно происходит.
На одном заводе по производству светотехнического оборудования начальник цеха сообщил мне в рамках проверки, что показатель брака по лампочкам у него достигает 18%. Вдумайтесь, почти пятая часть всей продукции — под списание, и никто годами не пытается разобраться в причинах и исправить это.
Оборудование, мол, такое — что поделать. Смотрим вместе на производственную линию: действительно, довольно большая часть заготовок — цоколей со стеклянными рогатками на поворотах просто срывается и разбивается еще до установки нити накаливания. Работники цеха собирают битые заготовки и ссыпают их в короб. На прямой вопрос о попытках решить проблему они говорят, что это требует изменений, да и не было такой задачи.
Однако при более внимательном осмотре оборудования выяснилось, что лампы на поворотах падают не сами по себе — их периодически выталкивает с линии пневмопривод, длина которого избыточна, но это, очевидно, помогает поддерживать легенду о больших неминуемых потерях. Размер заявляемого брака сильно преувеличивался, и не сложно догадаться, что эта разница на самом деле реализовывалась начальником цеха и другими участниками сговора по серым схемам.
«Шантаж» поставщиков. Коррупцией в закупках никого не удивить. Тендеры с требованиями под конкретного поставщика, дискриминация тех, кто не готов «договариваться», заблаговременное заведение компании в каталог поставщиков для дальнейших коррупционных закупок, выбор неизвестного поставщика при минимальной разнице в цене с признанными игроками рынка — всё это уже как будто бы стало нормой на российских предприятиях. Но, оказывается, можно пойти еще дальше и начать шантажировать поставщика. Я столкнулся с этим случаем на мебельном производстве пару месяцев назад.
Один из этапов производства мебели — это ее обшивка тканью. Ткань вырезается по специальным раскройкам, которые утверждаются начальником производства. Как вы понимаете, 1 метр ткани можно раскроить так, что останется 9 см обрезков, а можно так, что их будет 17 см. Очевидно, что второй сценарий выгоден поставщику, ведь тогда ткани придется закупать больше. Поняв это, начальник производства пришел к поставщику и стал угрожать ему, что снизит его оборот, утвердив максимально эффективную раскройку, но может и передумать в пользу больших обрезков, если его простимулируют. Естественно, поставщик стал регулярно «радовать» начальника производства, чтобы не рисковать объемами заказов.
Манипуляции объемом и качеством сырья. Неучтенные излишки продукции — один из самых эффективных инструментов для мошенника, ведь их можно продать, не снижая показателей по объемам и не привлекая к себе лишнего внимания. Такая история встречается в нефтедобыче, когда манипулируют показателем обводненности скважин, или в нефтепереработке. В химических производствах есть соблазн закупать за счет предприятия высококалорийный газ, не афишируя его характеристики, — на таком сырье выше фактический выход продуктов. На этом легко можно заработать. Учитывая налаженность процесса, устоявшиеся контракты и схемы закупок, на это обычно никто не обращает внимания, и так на складе образуется излишек продукции, который системно реализуется по серым схемам. По сути — похищается.
На одном химическом производстве мне показали огромный конус — насыпь продукции. Объем продукции измеряют маркшейдеры, при этом оформлялся акт с указанной погрешностью плюс-минус 15%. При общем весе продукции более 900 тонн такой разброс открывал простор для манипуляций. Однако по результатам ежегодной инвентаризации все цифры сходились, учет и документы на продукцию были в полном порядке. Казалось бы, и придраться не к чему. Только это вовсе не значило, что излишков нет, — просто воровали с умом: мошенники синхронизировали свои отгрузки продукции с учетными мероприятиями, и два раза в год, когда согласно данным учета склад полностью освобождался, он по факту пустым и оказывался. Сложный разговор с главбухом и дополнительные инспекции подтвердили мою гипотезу.
Полезный лайфхак, который помогает проверить, действительно ли воруют на предприятии, когда по бумагам все вроде сходится, — проверить в интернете объявления о продаже продукции предприятия в регионе. В этом случае, помимо мешкотары с продукцией завода, я увидел еще и объявления о гибких схемах поставки как автомобилями, так и по железной дороге. На этом же заводе часть продукции хранилась вне складов, прямо на земле в мешках.
Прием некачественного товара. Простор для манипуляций есть не только, когда товар от поставщика выше качеством, но и когда его качество оставляет желать лучшего. Приемка от поставщиков уже подпорченного товара за взятку — вполне распространенная схема мошенничества в распределительных центрах ритейлеров, ведь там существует рутинный процесс списания некондиционного товара, продвигаемого со складов в торговые точки. Директора магазинов, которых встраивают в преступную цепочку, конечно, жертвуют своими показателями эффективности из-за завышенных списаний порченного товара, но та компенсация, которую они получают, участвуя в мошеннических схемах, покрывает все эти неудобства. Иногда высокий процент списаний начинает привлекать внимание топ-менеджеров и даже представителей акционеров, но зачастую им тут же приводят массу доводов, оправдывающих текущее положение дел.
Представьте себе, распределительный центр крупной розничной сети. В этот огромный ангар непрерывно подъезжают на разгрузку фуры с различным товаром. Потом товар сортируется, делится на мелкие партии, маршрутизируется и направляется в магазины. У каждого дока стоит приемщик, который должен определять качество товара. Поставить дублирующий персонал, который будет осматривать каждую паллету с товаром, — дорого, да и как убедиться, что этого человека тоже не коррумпируют в процессе? Поэтому в одной крупной сети служба безопасности привлекла полицию и просто без предупреждения нагрянула в распределительный центр в разгар рабочего дня, остановила работу и с участием полиции проверила мобильные телефоны приемщиков. Все без исключения приемщики, отвечающие за входящий контроль качества, были уличены в бесперебойном получении крупных безналичных платежей на сотни тысяч рублей в этот самый день — взяток от поставщиков.
Манипуляция с неснижаемым запасом. Еще одна частотная история — это вынос электротехники, инструментов и потребительских товаров со складов. Воруют то, что можно быстро продать: шины, бытовую технику, дрели, чайники и прочее. Как это происходит? На каждом складе есть свой уровень неснижаемого остатка для продукции каждого вида. Этот уровень остатка искусственно раздувают —например, увеличивают в 2 раза, потом избыточную часть выносят или вывозят любыми доступными способами и продают. По учетным данным товар по-прежнему числится на складе.
Почему же этот факт не всплывает во время инвентаризаций, которые регулярно проводятся на любом предприятии? Чтобы ответить на этот вопрос, достаточно вспомнить, как обычно проходят эти инвентаризации: на склад мобилизуют бухгалтерию, финансистов, самих сотрудников склада и инструктируют эту сборную команду, как правильно за один день все пересчитать. Разворовываемые позиции запасов мошенники загодя локализуют на нескольких конкретных стеллажах и во время инвентаризации просто ставят на их пересчет своего человека. Распределение участников по секторам склада и рядам ни у кого вопросов не вызовет, а если и вызовет, то будет найдена масса увесистых доводов в пользу того, что говорит начальник склада.
Расходы на «инновации». На волне технологического хайпа каждая крупная компания сегодня хочет иметь у себя в портфеле «инновационный центр». Часто люди, которые утверждают финансирование этих решений, мало что понимают в новых технологиях. В результате вокруг них появляются профессиональные «торговцы обещаниями», которые убеждают инвесторов, что, вложив деньги в конкретную технологию или стартап, они за 5 лет окупят вложения, а за 10 лет вырастят компанию-«единорога» с миллиардной капитализацией. Начинается бурная инвестиционная активность, мошенники получают откаты за покупку вовсе не привлекательных игроков, а инвестор — множество не связанных между собой технологических и ИТ-компаний с сомнительными перспективами.
Еще один забавный случай, который можно с сарказмом отнести к расходам на «инновации», был у меня пару лет назад на одном энергетическом объекте. Я заметил по документам в закупках, что для серверных закуплены дополнительные кондиционеры. Отчего же на относительно новом заводе в серверной стало жарче? Оказалось, что ребята, вдохновившись курсом криптовалюты, развернули в серверной майнинговую ферму. Пришлось свернуть это инновационное производство, тем более что и цена криптовалюты уверенно пошла вниз.
https://www.lobanov-logist.ru/library/352/64162/
Александр Тарасенко
https://mustread.kpmg.ru/articles/kak-voruyut-na-rossiyskikh-predpriyatiyakh-/?utm_campaign=newspape...l&utm_source=vedomosti