«Я буду рисковать...»
Рассказывает генеральный директор Ralf Ringer Андрей Бережной:
Мне очень нравится одна сцена из фильма «Полет над гнездом кукушки». Макмерфи, которого играет Джек Николсон, пытается оторвать от пола тяжелую тумбу, чтобы пробить стену и выбраться из психушки. Над ним смеются, а он тянет изо всех сил — так, что вены на шее набухают, но не сдвигает тумбу ни на сантиметр. Все отворачиваются, выходят из комнаты, а он говорит вслед: «Я хотя бы попытался». Вот эти слова ключевые. Готовность жертвовать и вера в невозможное — непременные составляющие успеха. Конечно, в любом коммерческом проекте обязательно должна присутствовать доля прагматизма, потому что бизнес — это искусство возможного. С другой стороны, мне кажется, что настоящий успех — это когда пытаешься невозможное сделать возможным. Выбирая между объективной оценкой реальности и верой в свой замысел, я предпочту второе. Я буду рисковать, даже понимая, что, может быть, ни черта не выйдет.
По большому счету, любое осмысленное действие — это некий риск. Результат всегда носит вероятностный характер. К примеру, чего можно достичь со стопроцентной вероятностью, сидя за столом? Переложить ручку с левого края на правый. Стопроцентный результат, но толку никакого. Получается, чем серьезнее задача, тем меньше вероятность получить желаемый результат. Мое мнение: нужно пытаться делать, пока не получится либо пока не выяснишь, что вероятность неуспеха — 99%.
В 1996 году, когда российская обувная промышленность разваливалась и отечественная обувь была никому не нужна, я решил оставить куплю-продажу и заняться производством собственной обуви. Мы пришли на фабрику «Буревестник» и разместили заказ на изготовление первой партии. На исходе советской эпохи предприятие было переоснащено, и доступные нам технологические возможности едва ли не полностью соответствовали итальянским. Чтобы выпускать продукцию европейского класса, нужно было определиться с продуктом и закупить соответствующие комплектующие. Уже в 1998 году мы сделали там 100 000 пар обуви.
Наверное, если бы мы продолжали торговать импортом, то зарабатывали больше, а напрягались бы меньше. Но мы решили создавать новое качество. Эта цель казалась грандиозной, хотя у нее не было каких-то четких параметров. Несколько отвлекаясь, скажу, что в бизнесе мне всегда было сложно работать с современными, хорошо образованными и «заточенными» на результат менеджерами. Все они хотели количественных показателей. Я, в принципе, тоже считаю, что цель должна быть измеряема. Но я никогда не стремился ставить цифры на первое место: столько-то пар, столько-то выручки. Я предпочитаю качественные цели, из которых следуют некие количественные характеристики, которые эту цель обеспечивают.
Сейчас логика решений, принимаемых в Ralf Ringer, и логика действий зависит от одного конкретного вопроса — это повышает нашу надежность как системы или нет? Если нет, то зачем делать? Если да, но может не получиться, то мы все равно будем стараться делать. В 2006 году мы купили фабрику в Зарайске. Полностью ее переоснастили, но изменить психологию работавших там людей не смогли — «косяк» шел за «косяком». Однажды я прикинул, сколько мы в целом потратили на это производство. Подвел черту — и порвал листочек, потому что вышла пугающая цифра. Мы провели интенсивные сокращения и с оставшимися самыми надежными сотрудниками потихоньку начали поднимать показатели. А к подсчетам затрат я больше не возвращался. К чему я рассказал эту историю? То, что мы все наладим, — безусловно, вера такая была. Я думал, что за год все образуется, а понадобилось пять. Но я не считаю Зарайск ошибкой, скорее — уроком. Несмотря на понесенные убытки, он повысил надежность нашей бизнес-системы с точки зрения опыта.
Повторюсь, у меня никогда не было цели заработать какое-то количество денег. Мне интересно развитие бизнеса как таковое. Недавно у меня были переговоры по важному для компании кредитному соглашению и вице-президент банка спросил: «Сколько вы готовы вложить своих средств?» Отвечаю: «Вот столько, а в идеале вообще ничего». Он: «Ну, так не бывает. У тебя наверняка есть большая заначка». Говорю: «Нет». — «Тогда зачем ты все это делаешь?». Отвечаю: «Нравится. Это часть моей жизни». Банкир посмотрел на меня, подумал и сказал: «Аргумент».
Разумеется, как и всех, меня радуют положительные результаты. Как и всем, мне нужно поддерживать самоуважение на должном уровне. Невозможно стать победителем, если сам себя не уважаешь. А для того, чтобы уважать, нужен результат. Получилось — отлично! Говоришь себе: молодец. Значит, надо двигаться дальше.